RU EN

Комментарии адвоката Виктории Ищенко к статье Балтийского Информационного Агентства «Хочешь продать квартиру - в дурдом».

13 Июля 2011

Желающие продать свою квартиру или иную недвижимость петербуржцы оказываются в малоприятной ситуации. Нотариусы, риэлторы или покупатели требуют представить справку от психиатра, подтверждающую дееспособность продавца.

Тайны «желтого дома»

Чаще всего «клиентами» экспертов в белых халатах становятся пожилые люди. Даже если они находятся в здравом уме и трезвой памяти, окружающие зачастую сомневаются в их адекватности и пытаются перестраховаться, требуя тому подтверждение. А медики получают возможность использовать эти страхи в своих интересах. Якобы для выяснения психиатрического состояния от обследуемых получают всю информацию о предстоящих сделках. Как эта информация будет использоваться в дальнейшем – можно только догадываться.

В подобной ситуации оказалась 70-летняя петербурженка Галина К. – покупатель ее садового домика в престижном районе потребовал справку от психиатра. Доказывать свою дееспособность она отправилась в клинику на Обводном канале.

«Сначала мне предложили расположить цифры по порядку, провести арифметические расчеты, разложить цветные карточки и т.д., – рассказывает Галина. – Спрашивали также о моих болезнях, почему я получила инвалидность и т.д. В завершении этого этапа врач заявила, что я «более чем адекватна».

Но на оценке вменяемости обследование не закончилось – другой врач стала задавать иные вопросы. «Меня спрашивали, за сколько я продаю дачу и кому, как планирую использовать полученные деньги, с кем проживаю и т.д. Причем сначала попросили не удивляться, так как эту информацию они спрашивают и записывают, дабы доказать мою адекватность. Признаться, я сама не понимаю, как могла поддаться и честно отвечать на все вопросы – всю их нелогичность ощутила только дома. Ведь в самой справке нет ни слова о даче – она выдана для предъявления «по месту требования» и для совершения любых юридических сделок. Т.е. можно было и открыто врать (например, рассказывать о покупке комнаты или т.п.)», – констатирует Галина.

За это «собеседование» (добровольное медицинское обследование психиатром) обследуемый должен заплатить 936 рублей. Согласно заключенному договору, пациент должен выполнять все требования медперсонала и т.д., а вот об обязанности самой клиники хранить в тайне полученные и аккуратно записанные врачом сведения, в нем нет ни слова.

Опрошенные юристы неоднозначно оценивают вопросы психиатра об условиях сделки. По мнению адвоката Наталии Сибгатулиной, врач лишь дает справку о том, состоит лицо или нет на диспансерном учете. «Чтобы предоставить такие сведения, нет необходимости проходить обследование и отвечать на какие-либо вопросы», – убеждена она.

А вот Виктория Ищенко из адвокатской консультации «Вертикаль» полагает, что в вопросах психиатра о том, с кем обследуемый проживает, зачем продает квартиру, за сколько и т.д., нет ничего криминального. «Это является клинической беседой, и врач должен обсудить с обратившимся ситуацию. Исходя из полученных ответов, можно сделать вывод о психическом здоровье. К тому же, если освидетельствуемый понимает, что врач спрашивает что-то лишнее, он может отказаться отвечать на данный вопрос», – считает юрист.

В дурдом заочно

Сотрудник самого диспансера, представившийся журналисту «БалтИнфо» начмедом Еленой Августовной и отказавшийся назвать свою фамилию, пояснил, что, задавая «странные» вопросы, «врач должен оценить, насколько адекватно человек понимает ситуацию и суть свих действий. Эта информация хранится, как и любая другая медицинская, и доступ к ней имеет только персонал».

Правда, в других диспансерах, по словам получавших там соответствующие справки, никакие вопросы про коммерческую сторону сделок не задавали - чаще всего или просто выписывали справку, сверившись с собственной картотекой, или осмотр ограничивался несколькими действительно профессиональными вопросами.

Между тем, возникает вопрос – как будет использоваться полученная информация? Помимо наводок на банальный грабеж, медики имеют куда больше возможностей – жертвами порой преступной деятельности психиатров уже стали десятки петербуржцев. Например, на основании состряпанных ими справок 22-летний Павел Штукатуров был признан недееспособным. Самого гражданина служители Фемиды вызывать на слушания не сочли нужным, но назначили подавшего заявление «заинтересованное лицо» его опекуном. В итоге молодой и преуспевающий студент гуманитарного вуза де-факто лишился не только прав на квартиру, но и возможности оспаривать принятые против него решения – суд отказался принимать заявления не только от адвоката, но и от прокуратуры, так как они были «основаны на жалобах недееспособного гражданина».

Добиться справедливости Павел Штукатуров смог только в Европейском суде по правам человека. Его решение подтвердил и Конституционный суд России, запретивший служителям Фемиды принимать решение о недееспособности на основе одного лишь заключения судебно-психиатрической экспертизы, не выслушав самого гражданина.
Несмотря на эти решения и специальные поправки, внесенные в российское законодательство, опасность для вполне дееспособных граждан оказаться в «дурке» остается. Особенно если он пожилой, одинокий и имеет дорогостоящую недвижимость или намерен ее продать.

Жилье для нормальных

В то же время закон не обязывает участников сделки предъявлять справки от психиатров, хотя их истребование вошло в практику некоторых нотариусов и риэлтеров. «Никто не вправе требовать для заключения сделки проходить психиатрическое обследование, – говорит Наталия Сибгатулина. – К тому же справка из психиатрического диспансера не является основанием для установления наличия или отсутствия дееспособности. По закону нотариус устанавливает дееспособность самостоятельно».

По мнению адвоката Виктории Ищенко, решение вопроса недееспособности находится в исключительной компетенции суда: «Врач может дать справку о наличии или отсутствии каких-либо психических заболеваний, состоит ли человек на учете в диспансере. Нужно это для того, чтобы впоследствии минимизировать возможность признать данную сделку недействительной на основании, что человек в момент заключения договора был не способен понимать значение своих действий или руководить ими».

В Нотариальной палате Петербурга также признают, что у продавцов и покупателей недвижимости нет обязанности бегать в психдиспансер и получать справки. «При удостоверении сделок сам нотариус выясняет дееспособность участвующих в ней лиц: он обязан выяснить возраст гражданина, его волеизъявление, проверить адекватность восприятия сути оформляемого им документа и наступающих последствий. Все эти сведения нотариус может установить только из личной беседы с гражданином. Если возникли сомнения в его дееспособности, то нотариус вправе истребовать дополнительные сведения и документы, необходимые для совершения нотариальных действий, в том числе и справки о дееспособности гражданина», – констатировали в палате.

Логику нотариусов понять можно – если впоследствии будет установлено, что продавец квартиры был умалишенным, ответственность за негативные последствия удостоверенной сделки могут возложить на нотариуса. Поэтому, при наличии обоснованных сомнений в дееспособности и отсутствии медицинского заключения, он вправе отказать в совершении сделки, а ее участники могут оспорить такой отказ в суде. Однако подобных случаев крайне мало.

Павел Нетупский


Балтийское Информационное Агентство


Возврат к списку