RU EN

Анна Коссова о новых мерах контроля над «налоговой оптимизацией»

25 Апреля 2014

Совет Федерации решил бороться с попытками российских налогоплательщиков формально легальными способами сэкономить налоги. Уличенные в получении незаконных выгод бизнесмены могут привлекаться к уголовной ответственности, а их имущество подлежит конфискации. Но добросовестные компании смогут получить иммунитет от претензий фискального ведомства.

налоги.jpg
Разработанные сенаторами поправки ставят вне закона используемые ныне способы налоговой оптимизации, в том числе с участием зарегистрированных в оффшорных юрисдикциях организаций. Нарушением признаются любые действия, направленные на уклонение
от уплаты налогов и «проведенные не в соответствии с их действительным
экономическим смыслом».

Получение необоснованной налоговой выгоды квалифицируется как уголовное деяние. Более того, суды получат право применять к осужденным дополнительную меру – конфискацию имущества. Ее отсутствие, по мнению авторов законопроекта, «лишает государство возможности эффективного возмещения вреда, причиненного данными видами преступлений».

Честность вместо агрессии

Споры о легитимности налоговой оптимизации возникли еще в начале 1990-х – с появлением реального бизнеса и налогов. На лотках сразу же появились брошюры об N способах сэкономить на платежах в бюджет. «Проблеме «налоговой оптимизации», наверное, столько же лет, сколько и самим налогам, – отмечает Анна Коссова, юрист адвокатского бюро «S&K Вертикаль». – Гражданское право обладает обширным арсеналом, который позволяет одни и те же фактические действия сторон (например, передачу товара, оплату и прочие) облечь в самые разные договорные рамки, с разными налоговыми последствиями. Соответственно, споры налогоплательщика и налогового органа будут развиваться вокруг того, соответствует ли экономический смысл сделки ее наименованию и содержанию».

По мнению всех опрошенных экспертов, проблему отделения законной оптимизации от так называемого «агрессивного налогового планирования» Высший арбитражный суд России (ВАС) разрешил еще в 2006 году, а по многим спорным вопросам уже сформировалась богатая судебная практика. «Общая логика довольно простая – законна сделка, которая имеет самостоятельную деловую цель, а не совершена только для получения налоговой выгоды. Если же будет установлено, что действительные отношения сторон не соответствуют указанным в договоре, и он был заключен исключительно ради снижения налогов, то суд вправе применить соответствующие меры», – поясняет Анна Коссова.
Сами сенаторы в пояснительной записке разъясняют свою логику: «Если налогоплательщик осуществляет предпринимательскую деятельность, не только не нарушая букву закона, но и не злоупотребляя своими правом на получение льгот, такая деятельность называется налоговым планированием и не влечет ответственности. Если же речь идет об умышленном сокрытии некоторой суммы налога, подлежащего уплате, – это уклонение, уголовно наказуемое деяние».

Двести технологий

По оценкам авторов законопроекта, в настоящий момент насчитывается более двухсот способов уклонения от уплаты налогов. «Многие способы имеют под собой одну основу – включение в преступную схему подставных фирм, уклонение от уплаты налогов с использованием проблемных банков и уклонение от уплаты налогов с использованием затратных схем», – отмечается в пояснительной записке.

Но налоговые консультанты отмечают, что даже действующее законодательство с учетом разъяснений ВАС позволяет фискальному ведомству предъявлять претензии к не участвующим в криминальных схемах компаниям. Например, одна из популярных ныне схем налоговой оптимизации в сфере малого бизнеса – получение статуса индивидуальных предпринимателей (ИП). Для снижения «зарплатных налогов» владелец ООО и его партнеры регистрируются в качестве ИП, а потому вместо 44 процентов (взносы во внебюджетные фонды и НДФЛ) платят всего 6.

«Важно понимать, что нарушением является не сама по себе схема по оптимизации, а получение необоснованной налоговой выгоды. Если реально оказываются услуги, выполняются работы – незаконной схемы быть не может», – поясняет Максим Каменков, юрист адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры».
Крупный бизнес пытается сэкономить налоги, создав группу малых предприятий. «Разделение бизнеса само по себе также не является злоупотреблением, – убежден Максим Каменков. – В таком случае можно было бы серьезно повредить мобильности предпринимательства. Важно исследовать, к каким последствиям такое разделение ведет.
Так, само по себе использование «в обойме» применяющих «упрощенку» компаний при холдинге еще не создает налоговую схему. Но если компании взаимозависимы – это основание для применения специальных трансфертных правил ценообразования. Отсюда особое внимание к хозяйственным операциями между ними», – констатирует юрист.

Спасательный круг

Управляющий партнер Агентства налоговых поверенных Алексей Куликов оценивает ужесточение мер против налоговой оптимизации как «финансовый 1937 год». «Это свидетельствует о неспособности вести борьбу с налоговыми преступлениями. Ведь в данных спорах надо доказывать умысел, а это сделать очень сложно. Вместо этого предлагается вменить формальные критерии», – говорит эксперт.

В то же время добросовестным компаниям сенаторы предлагают специальный механизм получения иммунитета от обвинений в незаконной оптимизации. Налогоплательщик вправе самостоятельно сформировать налоговую политику – документ, раскрывающий законные способы получения налоговой выгоды, которые планируется использовать в следующем году. Он направляется в налоговую инспекцию, которая в течение месяца должна согласовать или отклонить предложенный компанией план. «Деятельность налогоплательщика на основе согласованной налоговой политики не может считаться противоправной», – отмечается в подготовленном Советом Федерации документе.

Вотум недоверия

Альтернативный законопроект по той же проблеме разработала Федеральная налоговая служба. Он не предусматривает «спасательных средств» (возможности согласования налоговой политики), но вводит дополнительные требования к добросовестным компаниям. Например, на участников рынка возлагается обязанность «проявлять должную осмотрительность» при выборе контрагентов.

Споры вокруг такой «осмотрительности» также идут уже не первый десяток лет, но объективные механизмы проверки «честности» партнеров до сих пор не определены. На сайте налоговой службы доступны только общие данные о юридических лицах, хотя уже с мая будут публиковаться сведения о директорах, учредителях, видах деятельности и иная информация. Но и она не поможет идентифицировать мошенников. Более того, такой критерий, как использование «адреса массовой регистрации», ставит под сомнение репутацию тысяч добросовестных компаний, зарегистрированных в бизнес-центрах.

Хотя на практике проблема проверки партнеров касается очень небольшой доли участников рынка. В настоящее время пристальное внимание фискального ведомства приковано к мошенничеству с НДС, который проводится как раз через фиктивные фирмы. В случае выявления такого подлога налоговики не признают налог уплаченным, причем арбитражные суды в таких спорах чаще всего поддерживают инспекции. По словам руководителя Управления Федеральной налоговой службы по Санкт-Петербургу (УФНС) Валентины Корязиной, 2013 год стал переломным в части борьбы с незаконным возмещением налога. Но основной проблемой она видит не несовершенство законодательства, а взаимодействие с правоохранительными органами.

Еще одна новация разработанного налоговиками законопроекта – увеличение периода проведения проверок с трех до десяти лет. Введение такой нормы затронет не только подозреваемых в сокрытии налогов, но и всех участников рынка – они вынуждены будут соответственно десять лет хранить все бухгалтерские документы. Теоретически затребовать архивные документы фискальное ведомство может только в случае наличия свидетельствующих о злоупотреблении правом со стороны налогоплательщика, вот только доказывать обоснованность таких обстоятельств чиновники не обязаны.

Антон Одынец

«Фонтанка.ру»


Возврат к списку